85bf2b2f     

Прозоров Александр - Ведун 12



АЛЕКСАНДР ПРОЗОРОВ
ВОЗВРАЩЕНИЕ
ВЕДУН – 12
Аннотация
Он пришел из нашего мира… Его называли… ВЕДУН!
Олег Середин смог вернуться домой, в двадцать первый век, в свою квартиру, к прежней работе и друзьям. Но жизнь его не стала спокойной и размеренной.

Оказалось, что и в наши дни на дорогах хватает татей и душегубов, что в тихих лесах попрежнему обитают лешие и волкодлаки, а в голубых озерах – русалки и нави. Всем им почемуто понадобилась небольшая золотая монета, принесенная ведуном из далекого прошлого. Опять молодому человеку приходится полагаться только на свою находчивость, верный меч и крепко засевшие в памяти колдовские навыки.
Согдианский змеевик
Тонко пискнул будильник, готовясь заорать во всю свою электронную глотку, но Середин повернулся на бок и привычным движением прихлопнул кнопку, не дав ему начать пронзительнозанудную арию. Олег откинулся обратно, сладко зевнул, потянулся и открыл глаза.

Над ним, совсем рядом, белел гладкий и чистый, с мелкими черными крапинками, ровный бетонный потолок. Ведун снова зевнул, закрыл глаза, передернул плечами.

За минувшие пять лет уже много, много раз перед рассветом ему мерещилось, что он просыпается дома, в мягкой, уютной, безопасной постельке, у окна с двойными прозрачными стеклами, недалеко от ванны с холодной и – хочешь верь, хочешь нет – горячей водой. Рядом с кухней, где есть газовая плита, микроволновка и холодильник; рядом с теплым и совсем не пахучим туалетом, имеющим водяной смыв и не поросшим «китайским снегом».

Но наваждение проходило так же, как появлялось, и он опять оказывался то на шкуре рядом с догорающим костром, то на топчане в детинце или на полатях в гостеприимной крестьянской избе. Ничего не поделаешь – судьба.
Олег Середин тихонько фыркнул, почесал кончик носа и снова открыл глаза. Над ним, совсем рядом, белел гладкий и чистый, с мелкими черными крапинками, ровный бетонный потолок. Знакомый, хорошо различимый, почти осязаемый. Ведун недоуменно скосил глаза в сторону.

Там стояли шкаф, стул с рубашкой и джинсами. Слева – стол с лампой и несколькими справочниками, черный тубус с насаженным на него мотоциклетным шлемом. Дальше, у самой двери, валялся пояс с вытершейся за время странствий поясной сумкой, саблей и двумя ножами.
Олег рывком сел на постели, еще раз огляделся.
Да, это была его комната! Его стол, его шкаф, его будильник. Даже его тапочки.
– Значит… – медленно приходя в себя, пробормотал он, – мне все это приснилось? Упыри и богатыри, Аркаим с Раджафом, князь Владимир и рабыня с разноцветными глазами? Приснилось! Ну, надо же, как натурально все пропечаталось!

Драки, ладьи, дороги девятого века, золото и кольчуги… Приснилось, значит? Всего лишь приснилось…
Он облегченно перевел дух, поднялся, повернулся лицом к постели, собираясь застелить ее покрывалом… И вздрогнул от неожиданности: вытянувшись вдоль стенки и сдвинув одеяло к ногам, там тихо посапывала юная женщина. На стуле под окном лежал мамин халат, изпод него янтарно поблескивала золотом тонкая вязь церемониальной кольчуги.
– Это тогда кто? – облизнул мгновенно пересохшие губы молодой человек.
Память тут же услужливо подсказала: Урсула, его рабыня, торкская невольница, подаренная ему муромскими дружинниками в благодарность за надежно заговоренную броню. Пленница с разноцветными глазами, синим и зеленым. Ритуальная жертва, что едва не раскрыла врата Итшахра, могучего зеленого бога, повелителя царства мертвых, когдато очень давно поссорившегося с прочими богами Каима. Вчера вечером – а точнее,



Назад