85bf2b2f     

Прозоров Александр - Ведун 10



АЛЕКСАНДР ПРОЗОРОВ
ЖРЕБИЙ БРОШЕН
ВЕДУН – 10
Аннотация
Он пришел из нашего мира... Его называли... ВЕДУН!
Чего меньше всего ожидал от своей судьбы ведун, так это того, что ему придется командовать армией оживших мертвецов. Но когда речь идет о свободе и справедливости — приходится полагаться на те силы, которые есть под рукой, а не рассуждать о связанных со страхом смерти предрассудках.

Только силой смогут Любовод и Олег Середин вернуть отнятый у них товар и отомстить за гибель товарищей. Только так смогут найти дорогу домой и вернуться не нищими бродягами, а богатыми купцами.
Подарок русалки
Прекрасная пора — середина лета. Не нужно кутаться в тяжелые меха, тереть замерзающий нос, не приходится выть от голода, по какой-то причине оказавшись в лесу без припасов.

Лето всегда прокормит путника грибами, ягодами да орехами, выстелет постель из мягкой травы, согреет солнечными лучами. А коли даже косоворотка и полотняные штаны слишком жаркими покажутся, или пояс с саблей вспотеть заставит — всегда можно в прохладной реке обмакнуться, пропитаться свежестью так, что потом на солнце поваляться только в удовольствие будет.
Хорошо летом. И как-то забывается о том, что по злой прихоти судьбы остался он беден, как церковная крыса, что все товары, которые купил на скопленное за несколько лет серебро, остались гнить на речном дне вместе с ладьями, а из доброй сотни славных крепких молодцев в живых остались только он с невольницей, беглый холоп Муромского князя да купец Любовод с одним из своих кормчих.
— Ну, да ладно, — негромко буркнул себе под нос Олег. — Начинал я свой путь таким же нищим. Да еще и не знал, куда колдовством собственным заброшен. Не пропадем.
— Чего молвишь, друже? — поднял от воды курчавую голову Любовод.
— Спрашиваю, готово ли?
— Да, все уже, затянул, — вместо купца ответил с плота Ксандр, накручивая ивовые ветки на рогатину над грубо выстроганным веслом. — Подсохнуть бы им, да уж ладно. Ветвей по берегам много — коли что, подлатаем.
Плот по размерам лишь ненамного превосходил крохотную хозяйскую каморку на ладье. Несколько сосновых бревен, связанных вместе в два слоя, два весла — на корме и на носу, да брошенные поверх этого для мягкости охапки травы.

Шедевром кораблестроения назвать это было нельзя — но многого от плота и не требовалось. Всего-то скатиться вниз по течению до Каспийского моря, которое в нынешние времена называли кто Хазарским, кто Персидским, да как-нибудь добраться до устья Волги.

А там ладьи русские часто ходят. Кто-нибудь да подберет невезучих соотечественников. Ксандр утверждал, что плот этот путь выдержит, что впятером они с изделием своим управятся.

А он кормчий, ему виднее.
Александр Коршунов дернул покрепче черенок ветки, заправил его под другие, попробовал, свободно ли ходит в импровизированной уключине выстроганное из березового стволика весло, облегченно выдохнул и перекрестился:
— Слава Богу. Кажись, управились. Весла есть, рогатины стоят прочно, плот тоже, чую, не гуляет. Сделали, хозяин.

Грузиться нам нечем, посему хоть сей час отправляться можем.
— Слыхал, ведун? — Любовод еще раз ополоснул лицо и выпрямился. — Плыть пора. А где девка твоя, холоп куды убег? Торопишь, а людишек не собрал.
— Урсула за мной шла, вот-вот нагонит. Ветки для веревок помогала резать. Видать, много набрала, не унести. — Середин сладко потянулся. — А Будута и вовсе не мой, а княжеский. Грибы, небось, собирает.

Те самые, что мы все вместе кушать изволим. Так что не серчай на него. Чем больше соберет, тем дол



Назад