85bf2b2f     

Прашкевич Геннадий - Соавтор



Геннадий ПРАШКЕВИЧ
СОАВТОР
Любое несовпадение людей и событий
является чистой случайностью.
Шкиперу Шашкину было плохо.
Самоходная баржа медленно шла вниз по Оби и давно бы полагалось
Солнцу опуститься за неровную щетку темного леса, затянутого то ли
предгрозовой дымкой, то ли сухим туманом, но шел уже одиннадцатый час, час
в сущности сумеречный, а Солнце, сплющенное, как яичный желток, продолжало
висеть над лесом. Круглое, багровое, совершенно обычное. Во всем обычное.
Кроме одного. Заходило оно не на западе, то есть там, где ему и следовало
заходить, а на востоке, над редкими огоньками большого села.
"Где-то там... - горько думал шкипер, рассматривая темнеющий по
берегам лес, - на базе отдыха... с корешами... мой Ванька мается... -
Шкипер сделал большой глоток уже из почти пустой бутылки. - Сынок...
Ученый... Разбил под сосной палатку, взгрел кофеек, рыбу с корешами
глушит... Отца вот только стесняется, прост у него отец... Мало я стервеца
в детстве драл, мало просил, на колени падал - к ремеслу прибивайся!
Ремесло, оно как спасательный круг! А на бумажках твоих жизнь не
сделаешь!.. Не послушался Ванечка, живет теперь на оклад, а оклады у
ученых какие?.. - Шкипер мутно глянул на багровое, садящееся не по
правилам Солнце и выбросил опустошенную бутылку в темную Обь. - Не сумел я
Ванечку поднять до себя... Простым ученым стал Ванечка..."
Шкипер Шашкин твердо знал, понимал ясно - Солнце обязано заходить на
западе. Но столь же ясно он видел - сегодня Солнце пытается опуститься за
горизонт не где-нибудь, а на востоке. Маясь головной болью, занюхивая
корочкой плохой спирт, он тщетно пытался примирить происходящее в природе
со своими собственными о ней представлениями.
Ничто не сходилось.
"Ванечку бы сюда... - думал шкипер в отчаяньи. - Пусть Ванька
неуважителен, но все же ученый... Мало я его в детстве порол, не сумел
довести до человека... Чтобы не стыдно там, ну и все такое... Ведь разбуди
его, подлеца, в любой час ночи - вот чего дескать, Ванечка, подлец, больше
всего тебе хочется? - ведь он не задумываясь, не открывая глаз, ответит -
на батю не походить!"
1
Гроза шла со стороны Искитима. Небо там - заплывшее, черное -
сочилось влагой, но над базой отдыха Института геологии Солнце пока даже
не затуманилось. Стояла плотная, ясная, _г_р_а_ф_и_ч_е_с_к_а_я_, как
определил ее про себя Веснин, тишина.
Подоткнув под голову свернутый спальник, Веснин лежал на тугом
надувном матрасе и удрученно рассматривал сосну, опутанную растяжками
палатки. От обнаженных плоских корней, густо и во многих местах
пересекавших тропинку, до нижних причудливых толстых сучьев сосна была
сильно обожжена - то ли неудачно жгли под нею костер, то ли молния
постаралась.
"Чувствует ли дерево боль?.. - Веснин поежился. - Как это вообще -
ощущать лижущее тебя пламя и не иметь возможности уклониться, заорать,
броситься в воду, если даже вода плещется прямо перед тобой?.."
Он вздохнул.
Он-то, Веснин, мог сбежать от огня, он бы выпрыгнул из огня, случись
такое, но вот от мыслей... От мыслей, действительно, не убежишь...
Повернув голову, он хорошо видел палатки, разбитые по периметру
большой поляны, больше того, он видел почти всех еще не съехавших с базы
людей - аккуратного математика Ванечку Шашкина, лениво бренчащего на
гитаре, рослого неудачника Анфеда, геофизика и спортсмена, и, наконец,
дуру Надю.
Нет - упаси Господь! - Надя, конечно, не была дурой, просто, без
всякой, кстати, злости, так ее определил Анфед. А сама



Назад