85bf2b2f     

Прашкевич Геннадий - Мир, В Котором Я Дома



ГЕННАДИЙ ПРАШКЕВИЧ
МИР, В КОТОРОМ Я ДОМА
ПАМЯТИ
НИКОЛАЯ НИКОЛАЕВИЧА ПЛАВИЛЬЩИКОВА,
УЧЕНОГО И ПИСАТЕЛЯ.
...Ибо он знал то, чего не ведала эта ли-
кующая толпа, - что микроб чумы никогда не умира-
ет, никогда не исчезает, что он может десятилети-
ями спать где-нибудь в завитушках мебели или в
стопке белья, что он терпеливо ждет своего часа в
спальне, в подвале, в чемодане, в носовых платках
и в бумагах и что, возможно, придет на горе и в
поучение людям такой день, когда чума пробудит
крыс и пошлет их околевать на улицы счастливого
города.
Альбер Камю
Над сельвой
Устраиваясь в кресле, я обратил внимание на человека, ко-
торый показался мне знакомым. Он долго не поворачивался в
мою сторону, потом повернулся, и я вспомнил, что видел его
около часа назад. Он стоял в холле аэропорта и курил. На нем
была плотная шелковая куртка, какие иногда можно увидеть на
лесорубах или парашютистах, но не одежда меня удивила, а вы-
ражение лица: этот человек был абсолютно невозмутим: каза-
лось, ничто в мире его не интересовало... И сейчас, едва
пристегнувшись к креслу, он отключился от окружающего.
Дожидаясь взлета, я вытащил из кармана газету и развернул
ее. Первая же статья удивила и заинтересовала меня. Речь в
ней шла о странном европейце, с которым столкнулся в свое
время, пересекая Южную Америку, французский врач Роже Курте-
виль, а потом капитан Моррис, отправившийся в 1934 году на
поиски "неизвестного города из белого камня", затерянного в
джунглях, города, в котором члены Английского королевского
общества по изучению Атлантиды подозревали постройки древних
атлантов, переселившихся после гибели своего острова на аме-
риканский континент.
Увлекаясь, автор анализировал легенды, которые широко
распространены среди индейцев, обитающих в глубине сельвы *,
о некоей змее боиуне - хозяйке затерянных амазонских вод. В
период ущерба луны боиуна, якобы, может обманывать людей,
принимая облик баржи, речного судна, а то и океанского лай-
нера. Тихими ночами, когда небосвод напоминает мрачную вог-
нутую чашу без единой мерцающей звезды, а усталая природа
погружается в душный сон, тишину нарушает шум идущего паро-
хода. Еще издали можно разглядеть темное пятно, впереди ко-
торого бурлит и пенится вода. Горят топовые огни, а над
толстой, как башня, трубой черным хвостом расстилаются клубы
дыма.
Несколькими минутами позже можно услышать шум машин, ме-
таллический звон колокола. На заброшенном берегу одинокие
серингейро ** или матейрос *** спорят о том, какой компании
принадлежит идущий по реке пароход. А он, переливаясь в лу-
чах электрических огней, все приближается и приближается к
берегу, напоминая доисторическое животное, облепленное бес-
численными светлячками.
Потом пароход начинает сбавлять скорость. По рупору зву-
чит команда дать задний ход и спустить якорь.
Глухой удар, всплеск - якорь погружается в воду. Скрипя и
грохоча, сбегает сквозь клюз тяжелая цепь.
Тем временем люди на берегу решают подняться на пароход.
"Несомненно, ему нужны дрова", - решают они, довольные
неожиданной встречей. Они садятся в лодку, но не успевает
она пройти и половину пути, как пароход вдруг проваливается
в бездну. Крылья летучей мыши трепещут в воздухе, крик совы
отдается пронзительным эхом - а на воде нет ничего... Потря-
сенные случившимся, люди озираются, переглядываются и пос-
пешно возвращаются к берегу... Вот так происходят встречи со
змеей-боиуной.
Правда, у автора статьи было и свое мнение. Он связывал
с



Назад