85bf2b2f     

Поуп Александр - Виндзорский Лес



Александр Поп (Поуп)
Виндзорский лес
Перевод В. Микушевича
Non injussa cano: Те nostrae, Vare, myricae,
Те Nemus omne canet; nec Phoebo gratior ulla est
Quam sibi guae Vari praescipsit pagina nomen.
Virg., Ecl. VI, 10-12 {*}
{* Не без приказа пою, но, Вар, кто мое сочиненье
Будет с любовью читать, увидит: все наши рощи,
Верески все воспевают тебя! Нет Фебу приятней
В мире страницы, чем та, где ей посвящение Вару.
Вергилий. Эклога VI. (Перев. С. Шервинского.)}
Высокочтимому лорду Джорджу Лэндсдауну
Твой лес, о Виндзор, твой зеленый кров
И королей и муз принять готов;
Тебе мой стих. Лесных прошу я дев
Озвучивать ручьями мой напев.
О музы! Грэнвилл ждет, а где же дар?
Неужто Грэнвилл недостоин чар?
Отрадный мы утратили Эдем,
Но в песнях он, зеленый, ведом всем;
Изволь мне, Музы, грудь воспламенить,
Дабы с Эдемом Виндзор мне сравнить.
Вот холм и дол, вот лес, вот гладь воды,
И между ними видимость вражды,
Но мнимый хаос взору говорит
О том, что здесь гармония царит;
В различиях мы видим лучше строй
Там, где стихии ладят меж собой.
Здесь листья чередуют свет и тень,
Отчасти только допуская день;
Так нимфа, обожателю в ответ,
Не говорит порой ни "да", ни "нет".
Одна к другой там тени могут льнуть,
Друг друга норовя притом спугнуть;
Плывут над рыжим лугом облака,
И виден синий холм издалека.
Здесь вся в пурпурном вереске земля,
Там дальше плодородные поля,
Средь пустоши угрюмой острова,
Где высятся хлеба и дерева.
Пусть амброй похваляется Восток,
Где в деревах благоуханный сок,
Британский дуб зовет британских Муз;
Приносят нам дубы ценнейший груз.
Олимп в неувядаемой красе,
Где собираться любят боги все,
Едва ли краше скромных этих гор,
Где для богов раздолье и простор;
Ты посмотри: здесь Пан - хранитель стад,
Плодам Помоны радуется сад;
Румяной Флоре все цветы к лицу,
Церера урожай сулит жнецу;
Промышленность в долинах расцвела;
При Стюартах богатствам нет числа.
Однако та же самая страна
Была пустынна в прошлом и мрачна;
Как хищный зверь, закон тогда был дик,
И не было спасенья от владык:
Присвоили бы даже небеса,
Опустошая воды и леса;
И зверь бежал неведомо куда,
И люди покидали города;
И кто бы на чужбину не бежал,
Когда тиран стихиям угрожал?
Напрасно прораставшее зерно
Согрето было и орошено;
Селяне видят свой напрасный труд
И средь полей голодной смертью мрут.
Одна и та же казнь могла постичь
Убийцу и охотника на дичь,
Которую откармливал тиран,
На голод обрекая поселян.
Был дерзкий Нимрод, истинный злодей,
Безжалостный охотник на людей;
Так, словно дичь, преследовал врагов
Норманн, вооруженный до зубов;
Царило запустение в домах,
И в храмах, и в полях, и на холмах;
На улицах густели сорняки,
В святилищах свистели сквозняки;
Средь бывших городов и деревень
Плющ на развалинах топтал олень;
Лис рыскал средь зияющих могил,
На хорах ветер воющий царил.
Народом проклят, лордов запугав,
Властитель тешил свой преступный нрав,
Своим жезлом железным потрясал,
Как будто Сам Господь - его вассал;
Так превзошел жестокостью тиран
И варваров саксонцев и датчан.
Везде непогребенные тела
И нет голодным хищникам числа;
Затравленный судьбою наконец,
В добычу превращается ловец;
Копье сжимая, раненый лежит,
И кровь из ран горячая бежит;
Впоследствии без гнева короли
Смотрели, как селения росли;
Стада паслись, прославив мирный край,
И на песках был собран урожай;
Лес в изумленье на зерно глядел,
И радовался втайне земледел;
В Британии Свобода - Божество,



Назад